Когда-то, уже много лет назад, когда в израильской прессе стали появляться первые статьи о йеменских детях, они меня потрясли и с тех пор эта тема меня не оставляет. Помню, что когда арестовали рава Узи Мешулама, я была в шоке. Правда зарыта так глубоко, что докопаться до неё практически невозможно, но есть те, кто пытается и не оставляет надежды. В субботу, 7 февраля, в 22:00, на 11-м канале – показ очередного (не первого и не последнего) документального фильма на эту тему.
Далее – перевод пресс-релиза…
“Ва’йни (где) Ядида” וַ’יְנִי (איפה) ידידה – документальный фильм Исраэлы Шаар Меодед, лауреат премии за режиссуру на Иерусалимском кинофестивале.
Показ на канале «Кан 11» в субботу вечером, 7.2.26, в 22:00
Дело об исчезновении йеменских детей, а также детей выходцев из стран Востока и Балкан, является одной из самых болезненных и кровоточащих страниц в истории Израиля. Судьба более чем тысячи младенцев и детей по сей день остается предметом споров и сомнений. На протяжении лет, вследствие общественного протеста, были созданы три следственные комиссии, однако судьба большинства детей, среди них девочки Ядиды Джовани, так и осталась неизвестной.
Спустя семьдесят лет после того, как ее бабушка, рыдая, стояла у постели своей пропавшей дочери, ее внучка – режиссер Исраэла Шаар Меодед отправляется на поиски ответа на вопрос, что же произошло с ее тетей Ядидой, исчезнувшей в лагерях для репатриантов в 1950-е годы. Открытие архивов в 2016 году, включавшее рассекречивание около двухсот тысяч документов, впервые дало возможность интимного знакомства с ее историей. Режиссер погружается в редкие исторические свидетельства медсестер и врачей, которые ухаживали за детьми. Из этих свидетельств проступает эмоциональный мир профессионалов, ставших последними, кто видел младенцев, – их беспомощность, чувство вины, вытеснение, скорбь и укорененные верования прошлого.
Этот потрясающий фильм приоткрывает завесу над делом исчезновения детей через три круга: общественный, институциональный и семейный. Контраст между сухими, лаконичными документами и потрясающими показаниями, десятилетиями остававшимися заглушенными, проливает новый свет на допущенные в те годы упущения, на призраков исчезнувших младенцев и на историю израильской медицины.
«Ва’йни (где) Ядида» является первым кинематографическим произведением, созданным самими семьями. Режиссер стремится взглянуть на историю по-новому, вмешаться в нее, задать вопросы и усомниться. Фильм вскрывает эмоциональную правду, долгие годы погребенную под поверхностью, и обнажает упущения, совершенные под знаменем «перевоспитания» и скрытые от глаз. Способно ли обращение к этой истории принести исцеление или же оно лишь углубит рану?
Исраэла Шаар Меодед – режиссер и преподаватель. Она сняла короткометражные и полнометражные фильмы, демонстрировавшиеся на фестивалях и удостоенные наград, среди них: «Королева Хантариша» (2009), «Мори. Загадка Шабази» (2018), «Женщина» (2019), «Шимон» (2019) и «Шошана Дамари: поздний призыв» (2022). Ее фильм «Вини (где) Ядида» (2025) был удостоен премии за режиссуру на Иерусалимском фестивале. В эти дни Исраэла готовится к съемкам своего первого полнометражного игрового фильма, сценарий которого получил поддержку фонда Стива Тиша и премию питчинга на Хайфском фестивале. Наряду с кинематографической деятельностью она является докторанткой Тель-Авивского университета, где исследует восточный, женский и политический кинематограф 1970-х годов, преподает в школе кино и телевидения «Сэм Шпигель» и в академии искусства и дизайна «Бецалель», где занимает должность старшей стипендиатки по продвижению равенства, многообразия и совместной жизни.
Вот что говорит режиссер Исраэла Шаар Меодед: “Около тридцати лет назад я впервые услышала о тете Ядиде. История клаустрофобии, темного и пыльного склада, который годами оставался запертым внутри себя. На протяжении лет я снимала свою семью, но так и не осмелилась спросить о ней. Ни за одним обедом, ни на одной встрече ее отсутствие между нами не обсуждалось. Десятилетиями эта история выжигает общественное пространство, но у нас царила тишина.
Красной ручкой, от руки, на жестком картоне. Торжественные слова: «Государство Израиль. 27.2.1967. Дело 1400/07/90». С открытием протоколов для широкой публики на сайте Государственного архива я нашла коричневую, тонкую папку Ядиды. 3/297 – таков был порядковый номер, присвоенный ей, младенцу, похищенному у моей бабушки и у нас, ее семьи. Это дело, обнаруженное нами лишь после смерти бабушки, скрывает в себе слои сдержанной боли. Почти семьдесят лет бабушка искала Ядиду: она обращалась к депутатам Кнессета, давала показания комиссиям и не переставала надеяться на ее возвращение. Когда она отчаялась, то пошла работать уборщицей в «Купат холим» и разносила чашки сладкого чая врачам в их аскетичных кабинетах. Каждые несколько лет они вручали ей благодарственные грамоты, которые она развешивала на стене своего полутемного салона. По вечерам она садилась в кресло и оплакивала исчезновение своей дочери. Лишь однажды бабушка попыталась рассказать мне о своей потерянной девочке, но я отказалась слушать. В глубине души я не верила, что такое возможно. В последние годы жизни бабушка сменила кресло на кровать и лежала в ней до дня своей смерти. Она запретила нам менять ее одежду или постельное белье. И действительно, за несколько часов до смерти, как рассказывал мой дядя, младенец явился ей во сне. Спустя пять лет после ее ухода я остаюсь с ее свидетельствами. Кем была моя исчезнувшая тетя? Что она видела перед своими глазами в последние мгновения? Звучали ли у нее в ушах мягкие звуки колыбельной из уст сострадательной медсестры или же в ее палате царила немая тишина люминесцентного света? Если она умерла – что сделали с ее телом, а если была усыновлена – какие руки передавали ее как «монету для торговцев»? Почти через семьдесят лет после ее исчезновения у меня есть острая потребность придать ее образу объем и осязаемость, дать прозвучать крику моей бабушки, который десятилетиями был заключен в ее теле и которому она никогда не позволяла вырваться наружу. И дать голос моему собственному крику – против системы, против наивной веры бабушки в государственных чиновников, что они действительно будут искать и найдут ее пропавшую дочь, и прежде всего против самой себя. За то, что все эти годы я отказывалась ей верить”.
“Ва’йни (где) Ядида”
Израиль, 2025 | 60 минут | иврит | английские субтитры
Продюсер: Став Морег Марон
Сценарий: Исраэла Шаар Меодед
Оператор: Боаз Йонатан Яаков
Монтаж: Галь Гофер, Яэль Перлов
Звуковое оформление: Авив Альдамэ
Музыка: Юваль Само
Художественное оформление: Эрез Гавиш
Производство: «Пардес Фильмс»
Поддержка: Кан 11, Фонд «Гешер» многокультурного кино, Фонд Маймонидиса и Фонд Ави Хай, Фонд «Макор», «Мифаль ха-Паис», Фонд Кедар, Jewish Story Partners
На фото – кадры из фильма
Leave a Reply
Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.
