Интервью

Интервью с Надавом Лапидом. «Синонимы» – антоним общепринятому

Nadav Lapid - © Guy FerrandisSBS Films

Заглавное фото: Надав Лапид  – © Guy Ferrandis SBS Films

– Надав! Добрый день. Нельзя было не написать о фильме «Синонимы», сразу после его выхода на экраны. Фильм меня поразил: будучи не согласна с главным героем, я, тем не менее, полностью с ним солидаризовалась. Для меня этот фильм стал символом неистовости, молодежного бунта, символом конфликта поколений. Другие же видят в нем только израильский нарратив, усматривая попытку объяснить, где мы живем, как и почему. Недавно «Синонимы» с переводом на русский язык были показаны русскоязычным израильтянам, среди публики было немало новых репатриантов. Я слышала и читала их отзывы на этот фильм – отзывы, во многом сформированные и определенные жизненным отрезком времени, прошедшим после репатриации в Израиль. В целом – чем меньше «стаж», тем больше возмущений, хотя есть и исключения. Как ты это объясняешь?
– Трудно сказать. Могу предположить, что хорошо знакомое человеку место может быть самым враждебным и страшным для него. Более того, человек является сам частью этого места, он – внутри его, а само место входит в него, в его жизнь. Те же, кто относительно недавно приехал в Израиль, в новое для себя место, доселе незнакомое, оказываются почти в обратной ситуации – как главный герой фильма.
Люди в середине жизни совершили серьезный шаг, переехали в Израиль, очевидно, связывая с этим поступком надежды, устремления, мечты:  конечно, им тяжело вдруг обнаружить тут человека, для которого Израиль – это демон.

– Ты разрушаешь их мечту.
– Да. Тот, кто тут родился, кто живет тут много лет, может смотреть на Израиль иначе. А для многих репатриантов приезд в Израиль – это идеологический шаг, они же не приезжают, скажем, в Австрию, с чувством, что это их место, это их страна.

– С моей точки зрения, твой фильм о двух вещах – о свободе и о мятеже. Мятеж не только против происходящего в стране, но и о противостоянии поколений, о противостоянии «отцы и дети».
– Если молодые люди, которые воспринимают реальность – неважно, в какой стране они живут – как некую данность, без вопросов и сомнений, то у меня такое явление вызывает большую тревогу. Движущийся вперед, развивающийся мир принадлежит тем, кто восстает, непокорным.

– Мир не может прогрессировать без бунтарей…
– Я бы посоветовал немедленно бежать к психологу тем молодым людям, у которых нет желания, потребности протестовать, В Израиле есть масса поводов для протеста – армия, постоянная война за выживание, но в основной массе молодежь в Израиле – не мятежная.

 – Вот как ты считаешь?! Почему? У меня как раз другое ощущение.
Думаю, если поговорить с молодыми израильтянами, выяснится, что они в основном достаточно консервативны, им не до революций. Хотя, конечно, нет правил без исключений, и, чем строже правило, тем ярче, острее отторжение. В определенном смысле, такой резкий и глубокий протест моего героя, Йоава, является ответом на ярко выраженный конформизм, в котором живет большая часть людей его поколения, его сверстников. Будто бы мир, в котором мы живем, разделен четко надвое: тот, кто не с нами, тот против нас. Если ты полностью не за нас, значит, ты враг. Так что естественно, такая позиция вызывает пронзительное отторжение, протест, возмущение.

Кадр из фильма “Синонимы”. В главной роли – Йоава – Том Мерсье

– Ты видишь израильскую молодежь в черно-белом спектре, никаких оттенков. Я, быть может, в силу того, что принадлежу другой «гвардии», воспринимаю ситуацию иначе. Слышал ли ты о «полуторном поколении»? Это молодые израильтяне, 30 плюс, отслужившие в армии, образованные, не согласные с тем, что происходит в стране, не принявшие те условия, в которые попали их семьи после репатриации в 1990-х годах и часто покидающие Израиль. Мне показалось, что этот фильм обращается и к ним.
– Израиль, и правда, дает много поводов молодым для того, чтобы из него уехать. Но у многих ведь нет этой возможности – финансовой или какой-либо другой.

– Сам ты уехал и вернулся. Ты, конечно, не Йоав из фильма, но думаю, вас многое сближает.
– Да, вернулся, поскольку при всех недостатках этого места, оно для меня очень близко. Конечно, это очень сложная история – моя и Йоава. Но ненависть – это тоже чувство близости. Если ты ругаешь Израиль всеми возможными словами, это говорит об очень большой близости – ты не ругаешь так горячо то, на что тебе плевать.

 – От любви до ненависти один шаг.  И  есть еще распространенное выражение, пришедшее из греческой мифологии – «вернуться со щитом или на щите». Ты вернулся из Франции в Израиль «со щитом» и в «Синонимах» проводишь аналогии между греческой мифологией и мифологией израильской, которая в последние годы разрушается, распадается. Так ли это?
– Возможно… Но учти, что многие вещи я делаю неосознанно, и это естественно для художника. В фильме есть то, что я задумал, и то, что получилось само собой. Но можно и так сказать: часть протеста Йоава выражается и в том, что он рассуждает о мифологии Древней Греции, а не о ТАНАХе. То, что он выбирает себе в качестве кумира, как образец не Царя Давида, а Гектора – мифологического героя Трои – это, конечно, протест. И обрати внимание на тот факт, что он выбирает себе героя, который проиграл, а не победил.
Я не противоставляю  себя лично обществу и считаю, что израильское общество –  слитно;  не разрозненно, а объединено.  Это, конечно, мое личное убеждение. Молодые люди идут служить в армию почти с тем же воодушевлением, с которым шли в армию их родители. Конечно, есть тут и там небольшие группы, которые не хотят служить, но в целом, если понимать, что здесь создано государство, которое требует к себе преданности чуть ли не как в Северной Корее, то надо сказать, оно  – государство – в этом отлично преуспело. Большинство молодых израильтян убеждены в том, что они находятся в постоянной войне на выживание, и если они не будут держаться друг друга, то не выживут. Что мир вокруг чужой и враждебный. Что они часть избранного народа, который превосходит другие народы, и уж конечно, арабов. И многое другое. Когда я слышу от многих заявления о том, что система израильского образования рушится, то хочу им сказать, что они не понимают, о чем они говорят. Никто не собирается воспитывать гениев физики или математики. То, чем занимается израильская система просвещения, это – воспитать хороших граждан, из которых вырастут хорошие солдаты.

– Ты это оправдываешь?
– Нет, конечно. Я просто хочу сказать, что мы живем так, как было запланировано, чтобы мы жили. Некоторые, в основном левые, говорят – что произошло с этой страной?! Как мы докатились до такого?! Я-то как раз считаю, что эта страна идет ровно в том направлении, которое и было обозначено.

– Может, в нас вселился дибук? Такой израильский демон, который заставляет нас вести себя так, как было рассчитано?
– Как бы ты отнеслась к тому, если бы я тебя рассказал, что в некоем месте на нашей планете решили собрать вместе людей по нескольким признакам:  что всех их объединяет предчувствие того, что их всё время хотят убить, что все они принадлежат к избранному народу, и также на основании истории, написанной две тысячи лет назад? Но их собрали и сказали: создайте государство в пустыне, достаточно далеко от всех, чтоб никто не смог до вас дотянуться. Думаю, трудно себе представить, что такой проект можно осуществить без сучка, без задоринки. Преодолеть трудности такого «проекта» можно по принципу «то, что не решается силой, решается большей силой».

– А как можно решить эти проблемы, на твой взгляд? Каким образом?
– Я не политик. Если бы я был главой правительства, может, все было бы еще гораздо хуже. Я просто знаю, что Израиль сам заварил ту кашу, которую сейчас расхлёбывает.

– В «Синонимах»  ты описываешь ситуацию, но не предлагаешь пути ее решения.
– Художники не предлагают решений. Я вижу свое предназначение, свою миссию в том, чтобы коснуться проблемы в данный конкретный момент времени и данном конкретном месте Вселенной. И раскрыть ее как можно более глубоко и честно.

– Мы с подругой смотрели «Синонимы» в кинотеатре на дневном сеансе. В зале было немного народу, три десятка зрителей. Но когда фильм закончился, и в зале зажегся свет, ни один человек не встал, будто всех пригвоздило к месту. Это было поразительно. Думаю, это наибольший комплимент для художника, хотела рассказать тебе об этом и поблагодарить за этот фильм.
– Спасибо!

Интервью взяла Маша Хинич. Показы фильма «Синонимы» с переводом на русский язык прошли в рамках проекта «Линия жизни. Израиль»https://www.facebook.com/LiniyaZhizniIsrael
Фотографии предоставлены продюсером проекта «Линия жизни. Израиль» Фаиной Новоходской и сетью кинотеатров «Лев». Верхнее фото – Nadav Lapid – © Guy Ferrandis SBS Films – предоставлено Надавом Лапидом  из его личного архива

Click to comment

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

Интернет-журнал об израильской культуре и культуре в Израиле. Что это? Одно и то же или разные явления? Это мы и выясняем, описываем и рассказываем почти что обо всем, что происходит в мире культуры и развлечений в Израиле. Почти - потому, что происходит всего так много, что за всем уследить невозможно. Но мы пытаемся. Присоединяйтесь.

Facebook

Вся ответственность за присланные материалы лежит на авторах – участниках блога и на пи-ар агентствах. Держатели блога не несут ответственность за содержание присланных материалов и за авторские права на тексты, фотографии и иллюстрации. Зарегистрированные на сайте пользователи, размещающие материалы от своего имени, несут полную ответственность за текстовые и изобразительные материалы – за их содержание и авторские права.
Блог не несет ответственности за содержание информации и действия зарегистрированных участников, которые могут нанести вред или ущерб третьим лицам.

To Top