«Мудрость первозданного змея» – необычная выставка в Эйн-Харод, гротескная и причудливая, критичная и ироничная, чистая магия, телесная литургия, хасидизм с гностицизмом вперемешку с чудесами от первозданного змея, сотворенного кем? Аси Мешуламом или большим взрывом?
Впечатления от выставки – © Маша Хинич
Попробуем расшифровать древние руны и разобраться с современным религиозным «Орденом скверны» и «Мудростью первозданного змея» – пародией на формирование догматов и поиска смысла в хаосе. Мешулам, играя с каноном и ломая его изнутри, создаёт, насмешничая, почти сакральное пространство символов, в котором зритель вынужден столкнуться с вопросами, где граница между человеком и зверем, между святостью и нечистотой, между верой и абсурдом. Это выставка – библиотека тайных знаний, лабиринт архетипов, аллегорий и запретных смыслов между панелями-вратами, а на них херувимы, демоны с крыльями летучих мышей, сфинксы и полулюди-полузвери.
На стенах – тексты, написанные в манере талмудической страницы: крупный центральный абзац и комментарии вокруг него. Среди них – цитаты из «Роахем» и «Лексикона», заповеди: «Не отпускай бороду ниже горла», «Стриги волосы, ибо таково моё учение». В чернильной вязи слова превращаются в узоры, ломаются, дробятся, будто теряя смысл, пока не становятся визуальными знаками, сродни амулетам. У стен установлены полные символов, квазиритуальные скульптуры, а в центре помещения расположены скамьи и подставки с книгами, создающими атмосферу, схожую с синагогой или церковью. Скульптуры, витражи, рельефы – смерть и жизнь, разложение и цветение – сущность мифологии Мешулама.
Аси Мешулам приглашает зрителя в другую вселенную – в духовный, мистический и трансцендентный мир, в котором преобладают «шаманское», «магическое» и «эзотерическое» и властвует Роахем – своего рода альтер-эго, пророк и вождь Ордена скверны, философско-религиозной концепции, варьирующейся между сатирой на любую религию, которая характеризуется слепой верой и системой верований, которая соответствует нынешнему социальному и культурному климату…
Двадцать лет назад Аси Мешулам начал свой амбициозный, многослойный и продолжающийся по сей день художественно-литературно-теологический проект – создание «Ордена скверны»: мистико-философского, религиозно-художественного братства неверных, предлагающего сложные отношения между культом и насилием, между язычеством, монотеизмом и секулярностью, между осквернением и святостью, между канонической Торой и вожделением плоти.
Начало этого пути было положено в книге «Роахем», стилизованной под канонический религиозный текст, написанной Мешуламом в 2005 году. В книге он рассказывает об истории Роахема – гибридного существа, сочетающего человеческие черты и собачьи гены. На языке, напоминающим библейский, в пророческом стиле он возвещает своим читателям учение новой Торы – насыщенной телесностью, скверной и разрушением порядка. Как в тексте, так и в выставке, сопровождавшей выход книги, ощущается одновременное присутствие человеческого и звериного, разума и инстинкта, тьмы и надежды.
За два десятилетия, прошедших с момента публикации «Роахема», Мешулам основал целую вселенную Ордена скверны. Он разработал собственную иконографию, впитавшую в себя источники из искусства, теологии, философии, мистики, биографии и психологии, создал ряд выставок, книг, произведений искусства и ритуальных предметов для и внутри Ордена. Это многослойный, ироничный, критический и дерзкий проект, ведущий постоянный диалог с иудаизмом, культурой и ивритом, а также с древней историей земли Израиля. А иконография Мешулама сплетает воедино личное, религиозное и политическое.
50-летний Аси Мешулам (р. 1975, Израиль – https://www.assimeshullam.net/ ) – современный мультидисциплинарный художник, чьё творчество пронизано темами религии, ритуалов и мифов. Он получил степень бакалавра в области изобразительного искусства и археологии, а также магистерскую степень по библейским исследованиям, специализируясь на финикийской практике человеческих жертвоприношений.
Мешулам преподает в Хайфском университете, где заведовал кафедрой изящных искусств. Его академическая и творческая карьера развивалась в Израиле, преимущественно в Хайфе и Тель-Авиве. Он – обладатель десятков наград и грантов и, считаясь одним из самых активных художников своего поколения, участвовал и участвует в многочисленных персональных и групповых выставках в Израиле, создавая произведения во множестве форм – от рисунка и живописи до объемных скульптур, инсталляций, витражей и видеоарта.
Его художественная практика всегда включает текст – литературный, мифологический, библейский – как неотъемлемую часть визуального высказывания. В своем творчестве он часто обращается к религиозным образам, мифическим структурам и археологическим символам, используя их для создания иронических, тревожных, часто абсурдистских миров. А один из ключевых элементов его абсурдистского мира – построение собственного «мифологического» контекста, таких как создание Ордена скверны, пророка-посланца Роахема и Лексикона принципов – комментариев к доктрине Роахема. Само имя «Пророка-Посланца» и название книги несут в себе тройной смысл, построенный на игре слов в иврите: слово Роахем одновременно означает и «ваш пастырь», и «ваше зло». Кроме того, перестановка букв слова «Роахем» образует слово мехуар – «уродливый».
Орден скверны нельзя рассматривать только как литературную игру или скульптурную серию: он стал полноценной художественной системой, где текст, живопись, графика, объект и перформанс образуют единый сплав.
В книге «Роахем» Мешулам берёт священную форму – библейский шрифт, деление на главы, цитаты и аллюзии – и наполняет её содержанием, в котором святое и запретное неразрывно сплетены. Текст выстроен на грани: между истиной и ложью, человеком и животным, духовным и телесным. Эта гибридность не только в словах, но и в самой структуре произведения, которая соединяет священное писание и народную сказку, философскую проповедь и похабную исповедь.
Из этого текста рождаются образы: существа с человеческими телами и звериными головами, юноши с обликом козлов, «святые гибриды», воплощённые в рисунках и скульптурах. Здесь слово становится плотью – буквально: буквы превращаются в линии чернил на стене выставочного зала, а строки «учения» обретают объём в бронзе и гипсе.
Эта игра с иконографией – не насмешка ради самой насмешки, а способ показать, насколько шаткой может быть грань между возвышенным и низменным. Здесь есть ирония, но есть и глубокая тревога: ведь это не только карикатура, но и зеркало, в котором отражается наша гибридная сущность.
Мешулам превращает выставочное пространство в подобие святилища: на стенах – цитаты из «Роахем», как если бы это были священные изречения, украшающие храм. Но храм этот – вывернутый наизнанку: вместо светлого сияния здесь царят полутьма и плоть. Это пространство сомнений, искажённых истин и гибридных образов.
Орден скверны – это не только художественная игра и не только индивидуальная мифология. Это способ взглянуть на нашу реальность через зеркало абсурда. В гибридных образах Мешулама угадываются метафоры современного общества: смешение священного и профанного, отсутствие чётких границ между правдой и ложью, между властью и насилием, между культурой и дикостью.
Когда Мешулам изображает Пророка-Посланца Роахема, который соединяет в себе человека и зверя, он как будто говорит: мы сами такие – мы не знаем предела своим импульсам, мы живём на грани между разумом и инстинктом. Когда он придумывает заповеди для своих последователей – «брейте бороды», «не отпускайте волосы» – он показывает, что любая система власти, даже самая абсурдная, может обрести своих верующих.
Не случайно Орден скверны выходит за пределы текста и скульптуры. Мешулам нередко сопровождает свои выставки перформативными элементами: ритуальными танцами, публичными чтениями, действиями, в которых зрители становятся участниками. Здесь он проверяет, насколько легко мы готовы подчиниться вымышленному порядку, насколько быстро «игра» становится «верой».
Книга «Роахем» появилась в 2005 году. В ней излагается история жизни и взгляды «Пророка-Посланца», который формулирует свою философию для восьми учеников. Эта книга – гимн идее гибридности: в ней переплетаются языковые формы, создаются словесные игры и наполняются новым смыслом привычные цитаты, превращённые автором в причудливые конструкции. В 2005 году в галерее «Джули М.» в Тель-Авиве были представлены и книга и выставка «Роахем». В этой книге Мешулам изобрёл фигуру гибридного пророка – сына человека и собаки, чудовища и мудреца. Название звучало многозначно: «ваш пастырь», «ваше зло» и, при перестановке букв, «уродливый». В 2009 году художник выпустил вторую книгу «Лексикон основ Ордена нечистоты», также сопровождавшую его выставку в галерее «Джули М.».
Текст был написан на библейском иврите, свёрстан как настоящая «святая книга» с буквами древнего шрифта. Но вместо возвышенного – смрад, насилие, гибридные рождения и проповедь новой «Торы», где истина и ложь, человеческое и животное переплетены неразрывно.Так началась история «Ордена скверны» – фиктивной религии, которая постепенно превратилась в главный художественный проект Мешулама, вызывающей бурю споров в академических кругах. Мешулам сам признаётся: «Если бы «Роахем» вышел сегодня, меня, наверное, «отменили» бы. Мы живём во времена, когда утрачена способность терпеть сложность. Но я больше не хочу быть «сатаной», – говорит художник. – Я хочу войти внутрь и задавать вопросы».
Так в его новых работах появляется змей – древний архетип, символ знания и соблазна, опасности и исцеления.
Выставка, открывшаяся в августе 2025 года в Мишкане – Художественном музее и в Эйн-Хароде, стала кульминацией этого пути. Здесь змей не изображен буквально, но он везде – в витиеватых орнаментах, в обвивающих лозах, в рисунках, где змей глотает сам себя, напоминая символ вечного возвращения. Мешулам объясняет: «Змей – это жажда знания и сомнение как сущность. Он изгнал нас из рая, но именно он сделал нас людьми». Сам художник вспоминает, что любил змей ещё ребёнком, держал их у себя дома и даже работал с Яаковом Села, известным хайфским змееводом, чьё убийство потрясло страну в середине 1990-х.
«Змей – метафора нашей жажды знания, любопытства и скепсиса, – говорит художник. – Это упрямство не подчиняться. Он опасен – и он же целителен. Он ответственен за первородный грех – и ему поклонялись. Даже в Храме в Иерусалиме Хизкиягу уничтожил медного змея, которому поклонялись. Это цельная сущность, держащая в себе всю сложность, о которой я говорю. С одной стороны, это зверь, изгнавший нас из рая, а с другой – он перевёл нас из животного состояния в человеческое, дал нам знание. Мы изгнаны из блага, но стали теми, кто мы есть. Если что-то характеризует «религию», которую я пытаюсь сформулировать, то это любопытство и сомнение – сомнение как онтологическая сущность».
Работа над выставкой в Эйн-Харод совпала с войной. После 7 октября художник несколько месяцев не мог войти в студию. «Я думал: все музеи должны быть закрыты, пока люди не вернутся домой. Но потом понял – либо я сделаю выставку, либо откажусь от неё», – признаётся он.
В экспозиции это ощущение войны и жертвенности присутствует косвенно – в образах Молоха, в цитатах о жертвоприношениях, в размышлениях о словах политиков, называющих павших «возвысившимися».
«Сысли о жертве, о том, что мы приносим своих детей в жертву Молоху, сопровождают меня уже много лет. Мы всё ещё находимся в этом сюжете – жертвуем своими детьми. Реальность становится настолько экстремальной, что догоняет это искусство. Я не пророк, но всякий, у кого глаза открыты, должен видеть это» – говорит Мешулам. – Реальность не была сотворена с готовым ответом – только с вопросами. Из этого мы и должны выстраивать свою этику. Всё допустимо, пока ты не причиняешь вреда другому. Самое важное – делать всё возможное, чтобы никому не навредить, и понимать, что ответа нет. Люди, утверждающие, что у них есть ответ, – всегда были для меня самыми пугающими. И чем дальше, тем больше я понимаю, что я был прав».
Куратор выставки: Ави Любин
https://www.facebook.com/Einharod.Museum
https://museumeinharod.org.il/
https://www.instagram.com/mishkan_museum