В Хайфе есть музей, который сейчас закрыт — и закрыт уже довольно давно. Музей Мане-Каца стоит на горе Кармель, входит в объединение «Музеи Хайфы» вместе с ещё пятью музеями города, среди которых и Хайфский музей искусств — крупнейший художественный музей севера страны, расположенный на границе района Адар ха-Кармель и Вади-Нисаса. С конца 2021 года в дом на улице Яфе-Ноф, где когда-то жил и работал сам художник, никого не пускают. Причина скучная и бюрократическая: здание расположено ниже уровня улицы и не отвечает требованиям доступности для людей с ограниченными физическими возможностями. За этой сухой формулировкой — годы разбирательств. Городская компания «Музеи Хайфы» готовила как минимум два проекта реконструкции; один даже успели утвердить в 2017-м и купить под него специальный прозрачный лифт стоимостью около четверти миллиона шекелей. Оба раза дело упиралось в разногласия с муниципалитетом и останавливалось — в какой-то момент конфликт был настолько острым, что генеральный директор Хайфских музеев даже подавал в отставку, хотя позже забрал заявление обратно. А сам музей между тем совсем небольшой — всего 140 квадратных метров, — при том что хранит крупнейшее в мире собрание работ художника: около 1300 произведений, из них порядка 180 картин маслом, плюс значительная коллекция иудаики, скульптуры и личных вещей мастера. Пока идёт эта многолетняя тяжба, часть коллекции решили всё же вынести к людям на новый выставке «Мане-Кац: Музыка после войны» в Художественном музее Хайфе (за что музею большое спасибо)- чтобы имя Мане-Каца не потерялось, пока решается судьба самого здания.
Сам музей Мане-Каца появился ещё при жизни художника, и история его открытия почти трогательная. В 1957 году Мане-Кац, уже зрелый и признанный мастер, приехал в Израиль и выбрал для жизни именно Хайфу. С тогдашним легендарным мэром города Аба Хуши он договорился так: художник завещает городу всё картины и коллекции, а город взамен даёт ему жильё в Хайфе и обещает после его смерти открыть в этом доме музей. Через пять лет, в 1962-м, Мане-Кац скончался. Музей открылся не сразу, только в 1977 году, в том самом доме на улице Яфе-Ноф с видом на залив — с тех пор это место и считается одной из культурных жемчужин города. В 2010 году музей перешёл под управление компании «Музеи Хайфы», в 2011-м вновь открылся после ремонта — с обновлёнными залами, магазином и кафе на террасе с видом на залив, — и работал вполне благополучно вплоть до закрытия десять лет спустя.
Но до Хайфы и даже до Парижа была совсем другая жизнь. Полное имя художника — Эммануэль Кац, родился он 17 июня 1894-го в Кременчуге, на Днепре, седьмым ребёнком в семье синагогального служки Лейзера Каца и его жены Малки. До шестнадцати лет он учился в хедере и ешиве, затем уехал в художественную школу в Вильно — и поначалу тяжело привыкал к светской среде, даже возвращался ненадолго домой. В 1913-м, уже твёрдо решив стать художником, он уехал в Париж. Там он попал в компанию художников Парижской школы — среди них были Шагал, Сутин и многие другие еврейские художники его поколения, приехавшие в Париж из Восточной Европы в начале XX века и во многом определившие облик европейского искусства того времени. За свою долгую творческую жизнь Мане-Кац соприкасался с самыми разными течениями — примитивизмом, кубизмом, фовизмом, сюрреализмом, — но ни к одному из них по-настоящему не примкнул, оставаясь узнаваемым и самостоятельным художником.
Война всё перечеркнула. В сентябре 1941 года немцы заняли Кременчуг, и община, в которой вырос Мане-Кац, была уничтожена. Ехать туда после войны было уже некуда — оставалась только память, и художник стал возвращать этот исчезнувший мир через живопись: цветом, линией, движением он словно оживлял то, чего больше не существовало нигде, кроме холста. Отсюда и музыка в его картинах — не просто красивая тема, а найденный им способ удержать в памяти разрушенное. Клезмеры, музыканты на свадьбах, народные исполнители, библейские образы с музыкальными инструментами в руках — они возвращаются у него снова и снова. Мане-Кацй лепил скульптуры клезмеров, а потом писал картины с этими же скульптурами.
Выставка «Музыка после войны» выстроена вокруг этой темы. Работ немного, около пары десятков, но почти все они прежде нигде не показывались — ни в самом музее, ни на сторонних выставках. Каждая картина дышит, свет в них густой, почти осязаемый — у каждой мелодии здесь свой оттенок. Зал этой выставки небольшой, а ощущение — что внутри поместился целый мир: клезмерские свадьбы, Париж, Израиль, разный свет разных стран и разных лет жизни художника. Есть автопортрет — Мане-Кац рисует себя среди самых близких ему вещей: за окном Париж, на столе рыба, багет, палитра, а за спиной — недописанная картина с контрабасистом, единственная незаконченная деталь во всей работе. Картина «Одиночество» — вся тяжесть чувства здесь стянута в фигуру скрипача. Мане-Кацу удавалось соединять две свои страсти — музыку и яркий, насыщенный цвет. И, наконец, картина, где Мане-Кац написал одну из собственных скульптур, которая стоит здесь же, перед холстом.
Чтобы всё это можно было показать, картины прошли долгую реставрацию — очистку, укрепление красочного слоя, замену подрамников — в мастерских при Хайфском морском музее, на средства фонда Schusterman Foundation Israel. Сейчас они в прекрасном состоянии, краски снова звучат ярко — почти так же, как, наверное, звучали при жизни художника. Сама выставка родилась из простого желания: не дать творчеству Мане-Каца затеряться, пока музей на Кармеле ждёт своего второго открытия, и дать людям возможность заново, будто впервые, увидеть его искусство.
Сайт выставки — Mané-Katz: Music After the War | Exhibitions | Haifa Museum of Art
Текст и фото — Маша Хинич
Recommended for you
Leave a Reply
Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.
