Впечатление — © Маша Хинич
Скажу сразу, чтобы потом не было разочарований: «Выставка в кустах» (на иврите «Тааруха ба-сихим», открылась 23 октября) не показалась мне поводом поехать в парк. Зато парк показался мне прекрасным поводом приехать на выставку.
Рамат ха-Надив до сих пор можно назвать местом, в котором всё ещё в порядке, что в нашей стране вызывает удивление: дорожки подметены, клумбы подстрижены, скамейки целы, и сад выглядит так, как будто за ним действительно кто-то следит и это заметно сразу. Причина проста: Ротшильды продолжают присматривать за своим имуществом. Парк Рамат ха-Надив посвящён памяти барона Эдмона (Биньямина) де Ротшильда на основании закона о Рамат ха-Надив 1958 года, и как нам рассказали, территория остаётся собственностью семьи, вход на неё свободный, а закон никто не отменил, хотя желающие откусить кусок территории находятся, но торговых центров и жилых кварталов здесь не будет. Деятельность Рамат ха-Надив финансирует фонд «Яд ха-Надив», который семья Ротшильд создала в нынешнем виде в 1958 году, в год принятия того самого закона. Выглядит это так, будто память о бароне поддерживают лопатой и секатором, что надёжнее мраморных мемориальных досок.
Место это не всегда было садом. В 1882 году британские картографы здесь лишь развалины стен, а арабская деревня Умм-эль-Алек, где в XIX веке семья Хури из Хайфы построила усадьбу, называлась по-арабски «производящая пиявок». Барон Ротшильд выкупил землю у семьи Хури, а приехавшие в 1919 году репатрианты Третьей алии переименовали местность в «Уммлалек», что можно перевести как «несчастная», и писали в своих дневниках о конфликтах с изгнанными арабами и о малярийных комарах, мешавших поселению. По переписи 1922 года здесь жили 14 евреев. Затем Керен ха-Кайемет посадила на склонах сосны и кипарисы, а 6 апреля 1954 года останки барона и его жены Аделаиды (Ады) перенесли на покой в семейный склеп в самом сердце парка. С этого и начались сады памяти.
Парк, в сущности, состоит из двух разных миров, и в этом его важнейшая деталь. Рамат ха-Надив занимает около 5000 дунамов на южном краю хребта Кармель, между Зихрон-Яаковом и Биньяминой, и лишь малая часть этой территории окультурена. В центре на территории в 70 дунамов расположены сады памяти, которые спроектировал ландшафтный архитектор Шломо Орен-Вайнберг: сдержанное сочетание европейской формальности и средиземноморской растительности, отражающее, как считают в парке, «скромность и достоинство барона». Вокруг раскинулся природный парк с характерным средиземноморским пейзажем, и контраст между ухоженными садами и дикой природой впечатляет. Как нам рассказали на экскурсии, лишь около 5% посетителей окультуренной части доходят до заповедника и леса, а ведь именно там самое интересное: профессор Ицхар Хиршфельд вёл здесь раскопки четырнадцать лет и открыл финикийское святилище, иродианскую усадьбу и византийскую виллу. Среди находок дворец площадью 6000 квадратных метров почти на сто комнат, брошенный в 66 году н. э., во время Великого восстания против римлян: золотые украшения, итальянский мрамор и привозная керамика свидетельствуют о богатстве владельцев виллы. Есть и источник Эйн-Цур, где в бассейне нашли более двух тысяч монет, свидетельство паломничества с III по VII век, и пещера Кебара с десятью слоями доисторического обитания и наскальными рисунками. Павильон для посетителей, построенный по проекту Ады Карни-Меламед, в марте 2008 года стал первым зданием в Израиле, получившим сертификат устойчивого строительства, и снаружи выглядит как зелёный холм, поросший растениями. С 1994 года здесь действует проект переработки садовых отходов в компост, с 1998 года работает станция очистки сточных вод.
השליט הקטן זוהר גוטסמן צילום אופיר מורדוב. Маленький правитель. Зохар Готтесман. Фото — Офир Мордов.
Но все-таки про выставку. Её кураторы, профессор Идо Бруно и Эфрат Клипштейн, выбрали для работ не центральные аллеи, а скрытые уголки между дорожками, заросли, которые по характеру ближе к дикому лесу вокруг садов. Три работы специально заказаны для этих мест как отклик на опыт встречи с искусством и природы: «Убежище» Яакова Дорчина, «Releve («Ввысь)» Моше Роаса и «Окаменелость пути» Эден Беннет. Три другие одолжены на время выставки: Зохар Готтесман показывает «Тюхе-Фортуну руин» и «Маленького правителя», а «Девочку и лань» (1944–1945) Дова Фейгина, скульптора, которого уже нет в живых (он умер в 2000 году), одолжил на полгода кибуц Афиким. Это памятник детям, умершим от полиомиелита; девочку звали Нира.
Такая композиция, по замыслу, должна расширить диалог между скульптурой, растительностью и местом. Выставка, к тому же, только первая глава в серии будущих экспозиций: в парке намерены регулярно показывать искусство на своей территории.
ילדה ואיילה 1944 דב פייגין. צילום אופיר מורדוב. Дов Фейгин. Девочка и лань. 1944 . Фото — Офир Мордов
Идея у кураторов хорошая: это не галерея под открытым небом, а работы в меняющемся пейзаже, своеобразные жесты приношения искусства природе. Свет, ветер, время года, растения и движение становятся частью выставки, а зритель вместо перемещения из зала в зал, обнаруживает работы по пути прогулки. Правда, для этого приходится сходить с центральной дорожки и лезть в кусты, то есть слегка нарушать порядок, но мне это как-раз понравилось, хотя истории про работы оказались интереснее самих работ. Куратор говорил о каждой скульптуре так, что хотелось немедленно её найти, а найдя, я думала: да, понятно, а теперь расскажите ещё раз. Так бывает в современном искусстве, даже в том, которое старательно сливается с природой. И всё-таки каждый раз, когда я смотрела на очередную скульптуру, взгляд сам собой уходил на деревья, на холм, на свет между листьями. А природа, надо сказать, так хороша, что конкурировать с ней трудно, и не уверена, что кому-то это вообще нужно.
עדן בנט מאובן דרך צילום אופיר מורדוב. Эден Беннет. «Окаменелость пути» . Фото — Офир Мордов
Поэтому рекомендация такова: приезжайте в Рамат ха-Надив за садами, за воздухом, за тишиной и за порядком, которого так не хватает в обычной жизни. Выставку считайте приятным дополнением и оставьте время на сами сады, а не на беглую остановку по дороге. Тем, кому нужно больше, знайте: в парке разрабатывают новые занятия на открытом воздухе по сезонам, растениям и животным этих мест: программы для детей и семей, молодёжные проекты, где технологии и наука сочетаются с исследованием природы, и индивидуальные визиты в сады, доступные для всех. Есть и онлайн-материалы: журнал о культуре и науке и подкасты для детей и взрослых. И вообще парк посещают 700.000 человек в год и и здесь есть амфитеатр на 380 человек, где всве время кто-то что-то играет, исполняет и танццет. Вход в сады и в природный парк бесплатный, парковка платная – одноразовый платеж 30 шекелей.
Часы работы: воскресенье, среда и пятница с 8:00 до 16:00, понедельник, вторник, четверг и суббота с 8:00 до заката. В Рамат ха-Надив нельзя приезжать с животными, на велосипедах, самокатах и – обратите внимание — с мячами. Кроме того, участок «Тропа природных историй» сейчас закрыт из-за подготовки к созданию огорода – именно так, sic!, так что при выборе маршрута имейте это в виду.
Сайт парка — https://www.ramat-hanadiv.org.il
Описание работ выставки — www.ramat-hanadiv.org.il/לגלות-את-המקום/גני-זכרון/טיול-בגנים/artists
Leave a Reply
Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.
