Текст – © Алек Д. Эпштейн, художественный руководитель и куратор Музея еврейского израильского искусства им. Моше Кастеля. Заглавная иллюстрация: Яаков Новогродер – “Запертое прошлое”
Один из самых талантливых и самобытных израильских художников Яаков Новогродер, вскоре отмечающий девяностолетний юбилей, родился в Польше, в небольшом городе Острув-Мазовецка к северо-востоку от Варшавы (до 1917 года город этот входил в состав Ломжинской губернии Российской империи). В дни Холокоста многие жители этого города были убиты, другие же – насильственно переселены в гетто в Варшаве и Ломжа, а затем в лагерь смерти Треблинка. Нацистская оккупация сократила население города более чем вдвое. Семья Новогродер, к счастью, выжила – благодаря тому, что после раздела Польши по пакту Молотова – Риббентропа в 1939 году бежала на восток, в Советский Союз, вначале – в Белоруссию, а после нападения Германии на Советский Союз – в Марийскую АССР. Отец будущего художника был призван в Красную армию и прошел всю войну, а он сам, с матерью и сестрой, около года жили в поселке Кубасово, а затем в городе Санчурске (ныне – в Кировской области). В 1946 году вся семья вернулась в Польшу, однако была привезена и расквартирована не в родных краях, а на совершенно новом месте – в городе Дзержонюв (бывший Рейхенбах) в окрестностях Вроцлава в Нижней Силезии. Позднее на протяжении двух лет Яаков Новогродер жил и учился во Вроцлаве.
В 1957 году польские власти приняли решение разрешить желающим того евреям эмигрировать в Государство Израиль, и семья Новогродер была среди первых, кто воспользовался этой возможностью. Вместе с отцом, матерью и сестрой, Яаков, которому шел тогда двадцать первый год, прибыл в Израиль. Через год с небольшим он был призван в армию, где отслужил три года, с 1958 по 1961 гг. А дальше начались скитания: Яаков жил в Беэр-Шеве, затем – в Хайфе, пока во второй половине 1970-х годов не переехал в Петах-Тикву, где проживает с преданной супругой Пниной и поныне. Смотря на его удивительные полотна, трудно поверить, что, хотя рисовал он с детства, профессиональным художником он стал в достаточно зрелом возрасте: до сорока четырех лет он работал в одном из государственных ведомств, занимаясь живописью лишь в свободное от службы время.
Яаков Новогродер. Дом и лодка под сенью деревьев
Яаков Новогродер никого не может назвать своим учителем, его самобытное дарование развивалось самостоятельно, при этом его уникальный художественный стиль, который может быть охарактеризован как «ностальгический сюрреализм», различим мгновенно и безошибочно на любой групповой выставке и в любом альбоме. «Я не верю в то, что кого-то можно научить быть хорошим художником, – говорит Новогродер. – В ходе процесса учебы талант можно убить, загоняя его в рамки той или иной традиции, но если творческого дарования изначально нет, то оно и не появится». При этом очевидно, что случай Новогродера – абсолютно нетипичный, таких ярких самородков в истории искусства были считанные единицы, и подобно тому как таможенник Анри Руссо, чьи работы хранятся сейчас в лучших музеях Старого и Нового света, – самый памятный подобный пример во французской живописи, так Яаков Новогродер – самый талантливый художник-самоучка едва ли не за все годы существования Государства Израиль. Дело не только в его потрясающем техническом мастерстве – главное же то, что созданный силой его воображения и запечатленный на его полотнах мир совершенно неповторим. Он не запечатлевает реальность, он создает иной мир, для которого позабытое и ушедшее, казалось бы, навсегда, становится теми кубиками, из которых вырастает новая жизнь.
Популярность его работ среди коллекционеров позволила Яакову Новогродеру в 1980 году оставить госслужбу, с тех пор зарабатывая на жизнь, занимаясь исключительно живописью. Яаков Новогродер с горечью говорит о том, что еще в недавние времена даже небогатые люди стремились купить картину, сейчас же всем хватает и постеров, а культура и искусство занимают всё меньшее место в жизни общества. «Не знаю, хватило ли бы у меня в наши дни смелости оставить работу в надежде заработать на жизнь своим искусством», – честно говорит художник.
Яаков Новогродер. Сброшенные колокола у старинного дома
Яаков Новогродер с большим уважением относится к тем, у кого предстоит жить его картинам, лично занимаясь окантовкой всех своих полотен, подбирая для каждого из них наиболее подходящую раму. Популяризации его работ способствовало и портфолио, выпущенное тиражом 750 экземпляров, включавшее репродукции восьми произведений художника, каждый лист в котором был пронумерован и подписан автором. Кроме того, в 1981 году был издан посвященный ему альбом, а в конце 1990-х гг. – два буклета, включающие репродукции нескольких десятков его произведений. Выставки Яакова Новогродера проходили в музеях и галереях во многих городах Израиля, а также в Монреале, Дюссельдорфе и Брюсселе. На протяжении многих лет Яаков Новогродер работал с самыми известными тель-авивскими галереями, которыми владели Элиэзер Розенфельд и Бруно Абрамович – к сожалению, обоих уже нет в живых, а их наследники не смогли сохранить уровень этих арт-институций на должной высоте. Кроме того, несколько его выставок прошли в находившейся в Яффо престижной галерее «13.5», владельцы которой, Авраам Айзенберг и Эрик Ван-Эсель, в 1999 году продали здание инвесторам, искусством, к сожалению, не интересовавшимся. Некоторые его выставки закрывались досрочно, ибо все выставленные картины оказывались проданными уже в первые дни.
Один из центральных мотивов в творчестве Яакова Новогродера – колокола, причем всегда сброшенные. Хорошо известен эпиграф к опубликованному в 1940 году роману Эрнеста Хемингуэя, который я позволю себе процитировать в сокращении: «Нет человека, который был бы как Остров, сам по себе, каждый человек есть часть Материка, часть Суши; смерть каждого Человека умаляет и меня, ибо я един со всем Человечеством, а потому не спрашивай, по ком звонит колокол: он звонит по Тебе». Яаков Новогродер пошел еще дальше – в наглухо запертом на огромные замки мире (еще одна сквозная тема его творчества) даже колокола не зазвонят уже никогда. Известный израильский писатель и публицист Давид Гилади (1908–2009), автор вступительной статьи к альбому избранных произведений Яакова Новогродера, отмечал, что «его работы во многом автобиографичны, подобно романам писателя, прошедшего нелегкий путь, и, несмотря на внешне светлые, возвышенные, почти сказочные образы, если приглядеться, становится понятно, что его полотна полны внутренней горечи, тяжелых воспоминаний о пережитом. Под покровом реализма скрывается фантастический мир хаоса, мир словно с другой планеты, с которой пришел художник и на которой все рухнуло, обветшало, превратилось в тлен; все, что люди создавали на протяжении веков, было уничтожено». Добавим, что ни на одной созданной им картине людей нет вообще.
Алек Д. Эпштейн в гостях у Яакова Новогродера, 5 января 2026 г.
Но картины Яакова Новогродера можно также интерпретировать иначе: они, кажется, воссоздают образы прекрасной и очаровательной эпохи, которой никогда не существовало (это, в целом, сюрреалистические произведения) – и все же зритель чувствует себя частью этой эпохи и ощущает связь с ней. На его полотнах оживает почти сказочный, диковинный мир, расцветающий в мягких тонах и полутонах, а красочные образы природы неизменно осенены кронами зеленых деревьев. Его палитра, как представляется, пришла из эпохи неоромантизма, именно оттуда возникли теплые краски, перетекающие в бархатно-бежевые и коричнево-серые тона, приковывающие внимание к центру холста, где почти всегда шелестит густая листва молодых деревьев, возникающих на полотне из тончайших, почти ювелирных мазков, нанесенных задумчиво и бережно, будто художник стремился заботливо, во всех подробностях передать историю, идущую от самого сердца. Если верно это прочтение, то можно сказать, что картины Яакова Новогродера – миражи прекрасной эпохи, которой никогда не было – но частью которой мы, его зрители, чувствуем себя, захваченные вдохновенным талантом его воображения… Эти работы заставляют затеряться во времени в красочном вихре безграничного воображения художника, в который он также приглашает нас, зрителей… Это приглашение — возможность; мы не можем не воспользоваться ею.
Хочется верить, что эта небольшая экспозиция в Центре еврейского израильского искусства в Музее им. Моше Кастеля в Маале-Адумим, включающая семь избранных произведений Мастера, станет для зрителей поводом к последующему более глубокому знакомству с его творчеством.
****
Выставка “Колокола истории” к 90-летию Яакова Новогродера продлится в Музее им. Моше Кастеля до 4 февраля 2026 года
Музей им. Моше Кастеля открыт по воскресеньям, понедельникам, вторникам и четвергам с 10.00 до 16.00, по средам – с 12.00 до 20.00
Адрес: Ул. Ха’Хацоцра 23, Маале-Адумим
Сайт Музея им. Моше Кастеля – https://castelmuseum.co.il/
Фейсбук-страница – https://www.facebook.com/moshe.castel
Recommended for you
Leave a Reply
Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.
