Интервью

Полина Осетинская: «Жизнь это ежедневная работа над собой» 

Интервью в преддверии гастролей в Израиле в феврале спектакля «Неизвестный друг» по рассказу Бунина при участии Ксении Раппопорт и Полины Осетинской

 

Девочка-вундеркинд из поколения восьмидесятых Полина Осетинская сегодня выдающаяся пианистка и безусловный лидер среди молодых музыкальных исполнителей. Вместе с актрисой Ксенией Раппопорт она играет в моноспектакле по рассказу Ивана Бунина «Неизвестный друг». Показы с аншлагом идут в Москве и Петербурге. Постановку называют событием театральной афиши. Первыми зарубежными гастролями станет Израиль.

 

— Полина, почему виртуоз, серьезная концертирующая пианистка, участвует в таком не характерном для классического музыканта проекте? 

— Идея показалась мне настолько нетривиальной, что я радостью согласилась на этот эксперимент. С Ксенией мы дружим лет пятнадцать и всегда хотели сделать что-то вместе. Планов у нас много, но этот спектакль мы решили осуществить первым. Это слияние двух жанров — традиционного русского театра и концерта классической музыки.

 

— Героиня «Неизвестного друга» пишет знаменитому писателю 14 писем и все они остаются без ответа. Почему этот рассказ? Что еще можно сегодня добавить к теме безответной любви?

— Любовь не имеет привязки ни к месту, ни ко времени. История о человеческих чувствах всегда актуальна. Я люблю Бунина, люблю «серебряный век» и культуру дореволюционного мирового разлома. Ксения давно работала над этим рассказом со своим педагогом Валерием Галендеевым и хотела перенести его в сценическое пространство. И вот пришло время.

OLYMPUS DIGITAL CAMERA

— С вашей «легкой руки» музыка в спектакле не просто аккомпанемент, а часть сценического действия. Вы тоже исполняете в нем драматическую роль…

— Можно так сказать. Но роль эта условна. Скорее я символизирую в спектакле дочь героини. В одном из писем она упоминает о дочери, которая учится играть на фортепьяно. И я выхожу на сцену в образе этой пятнадцатилетней девушки. За время спектакля она, вырастает во взрослую артистку. Я думаю, в будущем она перерастет мать, которая только говорит о духовных, душевных порывах в творчестве. Дочь развивается и достигает тех высот, которые не способна взять мать. Мы отталкивались от текста и музыку подбирали так, чтобы она соответствовала драматургическому развитию действия. В начале спектакля я играю две короткие пьесы Чайковского, затем Рахманинов, Дебюсси, Форе, потом Равель и завершается все двумя пьесами современных молодых композиторов Павла Карманова и Антона Батагова.

 

— Создавая такое изысканное сценическое произведение, на какую публику вы рассчитывали? У вас был предполагаемый портрет аудитории?

— Нет, никакого портрета. Мы, прежде всего, ориентировались на самих себя. Но, конечно, этот спектакль будет интересен людям, которые образованы, которые, живут интеллектуальной жизнью, способны тонко чувствовать, считывать порывы души или идентифицировать себя с героиней, влюбленной в знаменитого писателя, а может быть ис самим писателем.

 

— Та роль, которая вам отведена в спектакле частично перекликается с тем, что вы пережили. Вы в шесть лет сыграли первый сольный концерт, а в восемь исполняли Баха с симфоническим оркестром. Будучи ребенком, вы испытали минуты высокой славы и совсем недетские страдания. Ваша книга о детстве вундеркинда произвела в свое время эффект разорвавшейся бомбы. Многие ее эпизоды страшно читать.

— В книге я последовательно изложила то, что происходило в моей жизни, какими методами отец делал из меня пианистку. Давать оценку поступкам отца в мою задачу не входило.

 

— А это и не надо. Там факты говорят сами за себя. Когда вы описываете методы воспитания вашего отца, становится ясно, что вы подвергались в детстве практически ежедневному насилию. Жесткий распорядок дня, голодные обмороки, многочасовые репетиции, переигранные руки, сцены избиения. Ваша прошлая жизнь похожа то на триллер, то на детектив. Как вам удалось вырваться из этого ада и сохранить себя?

— А у меня разве был выбор?

 

— Выбор есть всегда…

— Мы все растем и в любом случае становимся зрелыми людьми, способными совершать поступки и самим строить свою судьбу. Мы вырастаем, если не умираем раньше времени…

Полина Осетинская -Неизвестный друг - фото Станислав Левшин (1) (Large)

— Вы не сломались. Вы закончили Петербургскую консерваторию, и аспирантуру вМосковской консерватории, вы сделали ошеломительную карьеру. Как вам это удалось?

— Тяжело. Но сделала как-то. Это только труд и все. Жизнь — это ежедневная работа над собой. Само ничто не приходит. А книга стала для меня своего рода психотерапией.

 

— После ее публикации вашего отца должны были привлечь к ответственности?

— Если бы мы жили в другой стране, возможно. Но мы живем в стране, в которой мы живем. Поэтому миллионы детей и женщин здесь ежедневно подвергаются насилию. Это ужасно. Серьезно никто не занимается этой проблемой.

 

— Отец ваш жив сейчас?

— Да он жив.

 

— А какие у вас отношения?

— Никаких. Мы не общаемся.

 

— У вас двое маленьких детей. Пережив такое нелегкое детство, как вы их воспитываете? Есть ли у вас какая-то специальная методика?

— Нет у меня никакой специальной методики. Я их не «строю», не делаю из них роботов, которые должны жить по какому-то конкретному расписанию. У Антона в детском саду довольно много занятий, плюс он ходит на футбол. Саша учится в начальной школе и рисует в Академии культуры. Оба пойдут в секцию фигурного катания. Коньки — моя страсть. Я обожаю смотреть выступления фигуристов не только по телевизору, но и бываю на соревнованиях.

 

— При вашем довольно напряженном графике, в котором гастроли, репетиции, выступления как вам удается справляться?

— Видите ли, от работы мамой меня никто не освобождал. У детей есть и няня, и бабушка. Они очень помогают, Но вот в такой ситуации как сегодня, когда одновременно заболевают все — мама, няня, дети, а мне надо уезжать на гастроли — довольно тяжело.

Полина Осетинская -Неизвестный друг - фото Станислав Левшин (5) (Large)

— А музыка? Когда мама знаменитая пианистка, музыка у детей в крови.

— Они даже рисуют на нотах. Я же бесконечно распечатываю ноты и, когда не на чем рисовать, они забирают листы и рисуют на обратной стороне. Но в плане обучения не давлю и не заставляю. Саша уже пробовала играть на фортепьяно, но не очень у нее пошло, бросила. Сейчас мечтает об арфе. Со второго полугодия они пойдут в музыкальную школу и там будет видно.

 

— У вас есть еще приемная дочь.

— Да, это дочь моего бывшего мужа от первого брака, ей сейчас 13 лет. Его жена погибла в автокатастрофе. С ее трех лет я была с ней рядом, отчасти пытаясь восполнить нехватку родной матери. У нас замечательные отношения. Она называет меня мамой. И я считаю ее своей старшей дочерью.

 

— Какие у вас планы в этом сезоне?

— У меня очень много работы. Пришлось сократить немного сольную часть ради огромного количества ансамблей, в которых я играю с разными музыкантами. Мы подготовили несколько очень интересных программ с Максимом Венгеровым. С моим коллегой пианистом Антоном Батаговым только что сделали новую программу. После Нового года я выступаю в ансамбле с Юлианом Милкисом, с Константином Лившицем, с Александром Рудиным и Михаилом Копельманом на Фестивале в Мексике. . Еще одну программу мы готовим с моим другом и коллегой Алексеем Гориболем. Еще огромный проект с тремя замечательными пианистами, молодыми звездами Лукасом Генюшасом, Андреем Гугниным, Яковом Кацнельсоном. Все знаменитые лауреаты, выигравшие все, что только можно. И мои хорошие коллеги и приятели. И еще у меня есть программа для детей «Детский абонемент», которую я веду в Московской филармонии традиционно трижды в сезон.

 

— Такая загрузка как ваша тяжела и физически и морально, не многие выдерживают.

— Я привыкла очень много работать и справляться с трудностями. Но знаете, у меня есть один проект, к музыке имеющий опосредованное отношение. Я открыла Центр поддержки профессионального здоровья музыкантов. У очень многих музыкантов есть проблемы, связанных с их профессиональной деятельностью. Это могут быть физические недомогания — переигранные руки, зажатые плечи, грыжа в позвоночнике, болезни связок, сухожилий. И это могут быть проблемы психологические — страх перед сценой, волнение, опасения забыть текст, не справиться с возложенной на тебя ответственностью, перфекционизм, гиперответственность. В разные моменты жизни все это случалось и со мной. И я стала искать способы решения. Нашла единомышленников и решила открыть такой центр, где музыкант может бороться с проблемами централизованно с помощью специалистов разного профиля, которые, самое главное, ему помогут предупредить их появление. Мы проводим семинары и мастер классы для всех концертирующих артистов разных специальностей, педагогов, студентов

 

— Кого из известных лиц вы консультируете?

— Я вам не могу называть имен. Это конфиденциальная информация. Но среди этих людей немало известных музыкантов. Летом мне звонил пианист, у которого заболела рука, а на следующий день был запланирован сольный концерт. Месяц назад ко мне обращался виолончелист, у него возникли психологические проблемы перед открытием крупного мероприятия…

 

— Вы являетесь попечителем благотворительного фонда «Кислород», который помогает больными муковисцидозом.

— Это генетическое заболевание , которое поражает в первую очередь легкие и другие органы. Фонд собирает средства на закупку необходимых лекарств и специального оборудования.

OLYMPUS DIGITAL CAMERA

— Возвращаясь к вашему творчеству, скажите, а в музыке есть у вас авторитеты? Кто для вас гуру?

— Авторитеты? Да, конечно есть. Но это не значит, что я хотела бы быть как они. Я не люблю слепого подражания и «сотворения кумира». Но есть музыканты, профессионалы, которыми я бесконечно восхищаюсь: Эмиль Гилельс, Святослав Рихтер, Артуро Бенедетти Микеланджели, Михаил Плетнев. Замечательные молодые пианисты — Константин Лифшиц, Вадим Холоденко, Алексей Володин, Яков Кацнельсон. Вокруг меня много очень замечательных, молодых, прекрасных, талантливых, коллег, которые потрясающе играют. У которых всегда есть чему поучиться. Поэтому, мне кажется, нельзя ни на одну минуту останавливаться в своем развитии. Жизнь наша состоит из бесконечного процесса самосовершенствования.

 

 

Интервью взяла  Елена Шафран. Москва

 

*************
Спектакль по произведениям Ивана Бунина «Неизвестный друг»

Ксения Раппопорт. Полина Осетинская.
Режиссер: Валерий Галендеев.
Художник по свету: Глеб Фильштинский
Художник по костюмам: Алина Герман
Музыкальная программа:
П.И. Чайковский – «Болезнь куклы», «Похороны куклы».
С.В. Рахманинов — Полька, Прелюдия до-минор соч.23 N 7
Клод Дебюсси — Прелюдия «Сады под дождем»
Морис Равель – «Альборада дело Грациозо»
Габриэль Форе – «Пробуждение»
Антон Батагов – «Письмо Сергея Рахманинова Людовико Эйнауди»
Павел Карманов — Movements для фортепиано

 

Премьера спектакля прошла в октябре 2016 года в Санкт-Петербурге.

6 спектаклей в Израиле – с 5 по 11 февраля 2017 года.

Заказ билетов  — касса «Браво»

https://www.youtube.com/watch?v=6R_z5qad2kk&feature=youtu.be

 

 

Фотографии (© Станислав Левшин) предоставлены продюсером гастролей – компанией FGK Production

 

 

Click to comment

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Интернет-журнал об израильской культуре и культуре в Израиле. Что это? Одно и то же или разные явления? Это мы и выясняем, описываем и рассказываем почти что обо всем, что происходит в мире культуры и развлечений в Израиле. Почти - потому, что происходит всего так много, что за всем уследить невозможно. Но мы пытаемся. Присоединяйтесь.

Афиша

« Август 2017 » loading...
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
31
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
1
2
3

Facebook

Copyright © 2015 ISRAEL CULTURE.INFO. Design by DOT SHOT. Powered by Wordpress.

To Top