Работа Михаль Нееман

Работа Михаль Нааман

«Movement. The Kibbutz in Israel Art» включает 5 частей: «Kibbutz Modernism», «Man. Yard. Landscape», «HaMeshutaf Kibbutz», «Individual Voices» и «Gabriella Willenz: |Not| a Decoration Committee».
Сама идея модернизации задает общий вектор всему проекту, подчеркивая, что кибуцное движение существует в развитии, при всей устойчивости (и ценности) своих базисных основ. Легче всего кураторам было бы опереться на исторические факты, артефакты и документальную фотографию – и это тоже было бы искусством! Но ничего подобного не произошло, художники упорно исследуют понятия морально-этические и символические, телесные и концептуальные, используя в визуальном языке и абстракцию, и деконструкцию, т.д. Материалы, фактура, к слову, очень хороши: как натуральные (камень, дерево, текстиль), так и технологичные (цифровые объекты или readymade).
О чем напомнил мне «Северный свет» Хадар Сайфан, художницы из кибуца Дафна? Да, это неоновые сельскохозяйственные инструменты, изображение в эстетике оружия (Хадар много работает с темой безопасности), но это и отсылка к знаменитому Лучо Фонтана. Порезы на полотне, его абстрактные, но абсолютно четкие «пространственные концепции» с царапинами, разрывами, которые художник считал «доступом в космос».
Еще более яркий объект из текстиля у Михаль Нааман (родом из старейшего кибуца Квуцат Кинерет (1913!), Под названием, ни много, ни мало, «Кафка» (2022 – 2024). С плакатной ясностью на полотне манифестируется обращение «Kill me, or you are a murderer». Фразу действительно приписывают Кафке, но ее же используют в видеоигре Detroit – очередной пример смешения (сфер) высокого искусства с масскультурой. Тут же художница размещает название «Teaching a stone to talk», это сборник эссе (1982) американской писательницы Анны Диллард. Только одна эта работа уже требует и погружения в контекст, и ответственного отношения к этому самому контексту. Современные реалии, похоже, переигрывают традиции ремесла. В качестве ремарки я бы напомнила читателю мнение Бориса Гройса, высказанное по поводу арт-активизма в целом, хотя «Кафка» остается в поле визуального искусства, лишь по касательной соприкасаясь с перформативным: они близки своей прямотой, скоростью воздействия, т.д. Гройс пишет, что арт-активизм вызывает критику и поборников эстетического, и тех, кто ждет от искусства исключительно «повестки». Первые считают, что художественное качество произведения снижается, если автор занят социальным протестом, а вторые уверены, что «эстетизация» отвлекает и даже отменяет активизм.
Добавим только, что «Кафка» находится в коллекции галереи «Гордон», а Михаль Нааман, одна из самых известных и выставляемых художниц Израиля, представляла страну на Венецианской биеннале в 1982 году.

Работа Михаль Нааман. Фрагмент

Вернемся ненадолго к старой доброй фотографии – кадры документальные и душевные одновременно, они никогда не потеряют своей привлекательности во всех смыслах этого слова. Современные художники соединяют фотографию с письмами, небольшими объемными деталями, добиваясь эффекта рельефного коллажа. Разглядывать можно бесконечно. Недавно скончавшийся Яир Гарбуз (кибуц Кфар ха-Хореш) автор как раз такого объекта «Они закрыли молодежный центр, и ушли на войну» (1982), который предоставлен Музеем искусств Хайфы (в Музее Израиля находится коллекция Яира Гарбуза). Художник тоже старшего поколения, с огромным выставочным и педагогическим опытом, признанием и наградами. Выставка в Рамат-Гане стала его последней прижизненной, и судя по некрологам и воспоминаниям, в скором времени мы увидим масштабную персональную экспозицию.

Ори Рейзман. Alley

В числе моих фаворитов строгий, лаконичный пейзаж Ори Рейзмана «Дорожка» (так я бы перевела «Alley», 1976). Еще один современный классик, чье имя относят к художественной школе с красивым названием «Северный горизонт» (родился в кибуце Тель-Йосеф и большую часть жизни провел в кибуце  Кабри). А первое объединение, в котором он участвовал, называлось «Климат» – наконец-то можно вспомнить о ландшафтах, о современной пейзажной живописи, где абстрактное и фигуративное, метафорическое и локальное прорастают друг в друге. Подробно познакомиться с «Северным горизонтом» и работами Ори Рейзмана можно до конца июня, в Художественном музее Хайфы. Одноименная выставка, с подзаголовком «окно в школу пейзажной живописи 70-х годов», не оставляет сомнений в достоинствах и актуальности этого направления.

К слову, в павильоне Эяля Офера Тель-Авивского музея искусств можно увидеть выставку «Архетип: Архитектура Рами Карни», где представлена, в частности, работа «Детский дом» для кибуца Лохамей ха-гетаот , где расположен мемориальный музей, посвященный сопротивлению европейского еврейста во время Катастрофы.

Из числа видео-фильмов отмечу 9- минутную работу Ноа Раз Меламед (кибуц Гева) «Прыжки на брезенте» (2021), который совершенно подкупает метафорой женской поддержки и сопереживания. Видео-арт прекрасно снят целой командой, и героев у этого сюжета тоже пара десятков, но он идеально вписывается в раздел «Individual Voices». Каждая участница стоит перед выбором, страхом, необходимостью совершить поступок. Невозможно оторваться от их эмоций, а больше ничего в этой истории и не происходит. Чем-то напоминает знаменитый кадр из «400 ударов» с лицами детей, которые смотрят на театральную сцену (Франсуа Трюффо, 1959, «новая волна»), да и у Дзиги Вертова в «Человеке с фотоаппаратом» (1929) такое есть. Хотя в израильском кибуце речь, конечно, идет не только об открытых индивидуальных эмоциях, но и дихотомии коллектив/личность. Судя по всему, в 2021 году фильм демонстрировался в музее искусств кибуца Эйн-Харод, но под названием «Деметра и Персефона».

Не углубляясь в драму, очень бы хотелось, чтобы зритель вынес из этого проекта все-таки светлые размышления. Потому что да, образы, истории и связанные с ними контексты простыми не назовешь, но искусство помогает увидеть неочевидные решения.